Тройное противостояние: техногиганты против закона и друг друга. Часть первая

Антикейс

Тройное противостояние: техногиганты против закона и друг друга. Часть первая

К чему ведет глобальная стратегия объединять интеллектуальную собственность

Поделиться
Запинить
Отправить

Четыре года назад была написана «теория объединения», в которой подробно раскрывалась закономерность взаимосвязи между низкими издержками технологических компаний и высоким уровнем их популярности у потребителей. Таким образом, многие поставщики начинают по объективным причинам идти этим путем, расширяя свою долю рынка и сферы влияния. Затем появилось новое предположение: в будущем теория объединения (агрегирования) непременно вызовет интерес у антимонопольных действий государства. Цитата из статьи «Агрегирование и новые правила»:

«Последний момент является ключевым: согласно Теории объединения, ведущие компании, владеющие интеллектуальной собственностью, обладают могущественными правами „победитель получает все“. Другими словами, они тяготеют к созданию и поддержке монополий. Google, пожалуй, лучший пример такого агрегата среди других — компания создала модульную систему страниц для пользователей в глобальной сети, которая работает по четко сформированной схеме и дает возможность получать доступ к любым видам информации для всех без исключения пользователей интернета. Успех Google — очевидная реальность, которая не дает покоя представителям властных структур, иначе, как можно объяснить столь пристальное внимание к компании со стороны Евросоюза?!».

В статье был еще один интересный момент:

«Другими словами, ситуация регулирования для этих массовых компаний-лидеров не безнадежна, но она изменилась: их потенциал базируется на взаимоотношениях с клиентами, а потому завуалированная борьба между гегемонами, такими как Google и Uber, может вызывать негативную реакцию со стороны пользователей. Формирование общественного мнения — главная задача мировых агрегатов. И здесь все средства хороши, как показывает практика. Прозрачные и честные отношения между компанией и потребителями дают ряд объективных преимуществ всем сторонам. Но никуда не скрыться от „четвертой власти“, которая обладает весомым потенциалом в создании „выгодного“ имиджа. Ведь, согласитесь, даже среднего уровня журналист может написать небольшую заметку в городское периодическое издание, где приведет пару выдуманных цифр и отчетов о деятельности интеллектуальной компании, и резонанс в обществе будет обеспечен!».

Теперь понятно, почему сегодня ситуация складывается именно так, а не иначе. Агентство Reuters сообщило на прошлой неделе, что Министерство юстиции США и Федеральная торговая комиссия решали вопросы по поводу проведения антимонопольных разбирательств в отношении компаний Google и Apple сначала, а затем подключить к расследованию платформы Facebook и Amazon. И это стало последней каплей в усилении и без того неуёмного контролирующего сектора, направленного на технологические компании.

Возникает резонный вопрос: «А что, собственно, они хотят там найти?».

Не нужно быть профессиональным юристом или экономистом, чтобы понимать, что подобные антимонопольные дела рассматриваются в суде и для корректного вердикта необходимы достаточно веские показания экспертов. Очевидно, все эти дела будет не так просто выиграть органам власти. Для того чтобы это понять, нужно рассмотреть специфику каждой компании в отдельности по нескольким критериям:

  1. Укрепляют ли они свою монополию;
  2. Как они согласовывают свои действия с конкурентами;
  3. Какими средствами правовой защиты они пользуются;
  4. Как изменится их положение в будущем без вмешательства регуляторов и с их участием.

История развития антимонопольного дела с крупнейшей корпорацией Microsoft конца девяностых очень ярко демонстрирует ситуацию в данных параметрах.

Устойчивые Монополии

FTC определяет монополизацию следующим образом:

Суды не подразумевают монополию в буквальном смысле слова, когда рассматривают функционирование и структуру отдельно взятой компании. Термин «монополия» используется как наименование для фирмы, которая находится на рынке довольно продолжительное время и имеет внушительные размеры. Такая фирма может себе позволить повысить цену на свои товары и услуги, а также исключить вокруг себя конкурентов.

Вот как этот термин трактуется в данной статье: «монополист» — это фирма, имеющая внушительную сферу рыночного влияния. Суды рассматривают сегмент фирмы на рынке, но, как правило, не находят монопольной власти, если компания (или группа фирм, действующих совместно) имеет менее 50 процентов продаж определенного продукта или услуги в пределах определенной географической местности. Некоторые суды учитывают уровень процентного соотношения влияния фирмы на рынок. Кроме того, это ведущее положение должно иметь постоянный характер: если другие компании могут влиять на компанию, сдерживая рост её масштабов, в этом случае суды вряд ли решат, что фирма может быть названа монополией.

Из этого вытекают (по крайней мере) два основных вопроса: как определяется соответствующий рынок и что означает постоянный характер рыночной власти во времени?

  • Девяностые Microsoft: Microsoft оказалась монополистом в создании операционных систем для персональных компьютеров, и это продолжалось довольно долго в результате блокировки, созданной сетевыми разработчиками, работающими в API Windows с одной стороны, и пользователями — с другой.
И это устраивало всех. Google: Google, безусловно, занимает доминирующее положение по сервису контекстной рекламы в интернете, а также, по уровню поисковых запросов, но реальный вопрос заключается в его будущей долговечности на рынке. Google уже давно утверждает, что «конкуренция — это всего лишь один клик», и стоит отметить, что правда на стороне американской компании.

Европейская Комиссия возразила, утверждая, что Google также пользуется сетевыми эффектами.

Для входа на информационный рынок новому продукту нужно преодолеть барьеры в виде сетевых эффектов. Суть их заключается в следующем: чем больше потребители используют поисковую систему, тем более привлекательной она становится для рекламодателей. Полученная прибыль может быть использована для привлечения еще большего числа потребителей. Аналогичным образом данные, собираемые поисковой системой о потребителях, могут, в свою очередь, использоваться для улучшения результатов.

Это, конечно, гораздо более деликатная блокировка, чем API Windows, но она точно имеет место быть.

  • Apple: нет компании, для которой вопрос самоопределения на рынке имеет большее значение, чем Apple. Компания стремится подчеркнуть тот факт, что iPhone имеет относительно небольшой процент смартфонов на любом сегментном рынке, на котором он конкурирует; даже в США, лучшем рынке для Apple, iPhone имеет долю 45%, а это меньше 50 % продаж, которые FTC предлагает расценивать как монополию.

В Европе Apple имеет более слабые позиции, что отчасти связано с расследованием Европейской комиссии Apple о жалобах Spotify на App Store. В случае с Google Android Европейская комиссия определила, что «Google доминирует на рынке поисковых услуг в интернете, лицензионных мобильных операционных систем и магазинов приложений для мобильной операционной системы Android.» А что касается Apple, то компания будет доминировать в app store для мобильной операционной системы iOS. Какие бы то ни было взаимоотношения между Apple и Spotify (или же запрещение Spotify даже ссылаться на веб-страницу) почти наверняка будут признаны незаконными.

Очевидно, что Министерству юстиции будет сложно убедить Федеральный суд в том, что такое узкое определение уместно, но в то же время, так ли верно определять данный рыночный сегмент только с позиции смартфонов? Предположение о том, что пользователи, меняющие свой образ жизни и мыслей, оказывают сильное влияние на принятие решений компанией Apple, неразумно. Люди просто переезжают из одного города в другой, как только понимают, что условия проживания их не устраивают. Эта же схема работает на рынке продавцов и потребителей. Это не требует вмешательства третьих лиц.

  • Facebook: и здесь определения рынка очень нечеткие. Большинство людей имеют несколько учетных записей в социальных сетях Facebook и в других сервисах, что означает, что любое определение доли рынка должно будет рассчитываться исходя из реального количества посещений страниц ресурса, потраченного на это времени и некоторых других счетных критериев. Кроме того, неясно, что можно называть социальной сетью, а что нет: считается ли iMessage социальной сетью? Как определить характер текстовых сообщений? Как можно идентифицировать электронную почту, и так далее?

Конечно, можно было бы назвать Google и Facebook дуополией, в свете их трансляции цифровой рекламы. Но все равно, это не дает того эффекта, который бывает в результате блокировки продвижения контента. В интернете есть бесконечные возможности для производства и трансляции рекламы, которыми Google и Facebook отлично пользуются. Но это никак не связано с блокировкой конкурентов.

  • Amazon: на самом деле нет никаких реальных аргументов в пользу того, что Amazon является монополистом. Да, компания имеет около 37% продаж электронной коммерции, но (1) это, очевидно, менее 50% и (2) конкуренция находится всего в одном клике! Более того, непонятно, почему «электронная коммерция» является на пике рыночной популярности, но, говоря о розничном сегменте, Amazon имеет низкую долю рынка.
Оригинал.

Продолжение следует...

GoogleUberAppleMicrosoftмонополии
Поделиться
Запинить
Отправить
Facebook YouTube Telegram